24.06.07

Русская стоппардиана пополнилась еще двумя пьесами — в изданном «Азбукой» сборнике содержатся головоломное «Изобретение любви» и затейливая «Индийская тушь». 
 
«Изобретение любви» Тома Стоппарда — пожалуй, самая трудная для понимания пьеса английского драматурга. Американским зрителям на премьере раздавали тридцатистраничный буклет, в котором растолковывались викторианские взгляды на красоту и мораль. Боюсь, что среднему российскому театралу понять это зрелище будет практически невозможно. На сцену один за другим выскакивают, как черти из табакерки, эстеты, журналисты и знатоки мертвых языков: не представляясь зрителю, они обмениваются быстрыми парадоксальными суждениями, перебрасываются цитатами на латинском языке и исчезают за кулисами. «Золотой век Оксфорда! Власяницы против эстетов; неохристиане против неоязычников, изучение классики ради утверждения прекрасного против изучения классики ради утверждения классических наук». Изо всей этой компании в России известны разве что Оскар Уайльд и Джером Клапка Джером. Даже имя главного героя пьесы, поэта Альфреда Хаусмена, к сожалению, говорит что-то лишь знатокам английской литературы. Хаусмену, чей «Шропширский парень» стал одним из краеугольных камней поэзии прошлого века, не повезло у нас с переводами — лишь в прошлом году в России тиражом в 500 экземпляров был издан сборник его стихов. 
 
Что в пьесе понимается под изобретением любви? Появление этого понятия в том виде, в каком оно дошло до наших дней (любовь как фарс, бессмыслица, катастрофа) у древнеримских поэтов. В случае Хаусмена это любовь, которая назвать себя не смеет: поэт всю жизнь молчаливо обожал своего оксфордского сотоварища. Стоппард не сочиняет традиционную политкорректную проповедь, призывающую уважительно относиться к сексуальным меньшинствам. Гомосексуализм интересует его в той же мере, что и, скажем, принцип Гейзенберга. Для автора важнее показать рождение и взаимосвязь различных идей, чем дать им оценку. 
 
Формально перед нами — набор из воспоминаний умершего Хаусмена, переправляющегося в ладье Харона к месту нового жительства. Воспоминания эти выстроены порой по законам новой драмы, а порой по правилам гротеска. Психологии у персонажей фактически нет — мотивы действий героев (в сущности, всего одного действия — взволнованный Хаусмен объясняется в любви своему недоумевающему другу) просты и банальны. На сцене беседуют не люди, а книги: «Трое в лодке, не считая собаки» прочитывается через «Энеиду», а «Портрет Дориана Грея» отвечает на вопросы, заданные трагедиями Софокла. Здесь Стоппард, слегка смеяся и играя, демонстрирует свое паучье мастерство, пропуская друг через друга нити различных мотивов, беспрестанно меняя их цвет. На одной странице этой небольшой книги могут быть затронуты сразу до десяти смыслов. Оксфордская гребля перекликается с поездкой в Аид, текстологическая работа со списками латинских поэтов позволяет уточнить эстетические воззрения эпохи, проблемы образования оказываются связанными с поиском золотого века. «Изобретение любви» — крикет для эрудитов, интеллектуальный фейерверк, способный порадовать, увы, лишь весьма ограниченное количество читателей, для которых наличие виртуозной игры с английской культурой может оправдать отсутствие полнокровных героев и внятного сюжета. 
 
«Индийская тушь» — вещь менее амбициозная, доказывающая, что Стоппард умеет сочинять пьесы, с большим дружелюбием относящиеся к зрителю. Правда, исполнена она вновь в любимом жанре драматурга: перед нами эссеистика в диалогах. Герои беспрестанно цитируют свои и чужие книги, поют комические куплеты — живой диалог перетекает в отрывок из письма или в сухую академическую сноску. На сей раз речь не об изобретении Европы русскими революционерами («Берег утопии») и не об открытии любви, но о взаимоотношениях колонизаторов и аборигенов. Действие, как это обычно и бывает у Стоппарда, происходит сразу в прошлом и в комментирующем его настоящем. Английская поэтесса Флора Крю в 1930-х годах приезжает в Индию, чтобы поправить здоровье в местном климате, и там знакомится с туземным художником, создавшим пару ее портретов, один из которых, возможно, был утерян. Флора до этого позировала Модильяни, спала с Гербертом Уэллсом, тесно общалась с коммунистами и была подвергнута остракизму за сборник эротической лирики. «Индийская тушь» рассказывает о преодолении барьера между разными языками: английский — единственный язык, на котором индийские националисты могут общаться друг с другом, восточная теория девяти «рас», применяющаяся в живописи, помогает Флоре придать новый окрас своим последним стихам. Это традиционная для Стоппарда пьеса, ничем особо не выделяющаяся из ряда других его исторических зарисовок, но привлекающая симпатичным, тщательно прописанным образом главной героини.

Источник: http://www.top-kniga.ru/kv/review/detail.php?ID=36368&PHPSESSID=bc82efb3a911c7a92a1c21d2e7514c45

Автор:Якшин Иван